Getty Images
28/7/2017

«Если в протоколе написано так, значит так и есть»

Тверской районный суд Москвы, июль 2017 года. Потоком рассматриваются административные дела по статьям о нарушениях на митингах. Суда ждут не только вышедшие по призыву Алексея Навального участники антикоррупционных акций, десятки дел ускользают от внимания прессы и едва ли обсуждаются в соцсетях. Обманутые дольщики, гей-активисты, борцы с московской реновацией, одинокие пикетчики, податели петиций в госорганы, даже защитники «независимого Донбасса» – всех их уравнивает репрессивная машина, по единому образцу штампующая протоколы и свидетельские показания.

Я присутствовал на нескольких судебных заседаниях по ставшей в последние месяцы массовой статье 20.2 КоАП «Нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования».

Ростислава Чеботарёва, который на первомайском шествии шел с плакатом «Ни в какой эксплуатации нет необходимости — становись веганом», присуждают к штрафу в 15 тысяч рублей. Он шёл в колонне коммунистов с плюшевыми игрушками зверей, когда несколько участников достали флаги и значки ЛГБТ- сообщества. Реакция полицейских и бойцов ОМОНа последовала немедленно – в автозаки попали не только доставшие радужные флаги, но рядовые участники шествия. Чеботарёв рассказывает: в отделении полиции протоколы о доставлении и задержании писали совсем другие полицейские, не те, что выхватили его из толпы. К тому же, протоколы писались намного позже, когда положенные сроки задержания истекли.

Адвокат Чеботарёва спрашивает на судебном заседании свидетеля-полицейского: «Имеются ли какие-либо вещественные доказательства с места задержания, доказывающие вину подзащитного?» Сотрудник отвечает: «Я не помню, возможно! Если в протоколе написано так, значит так и есть». На другие вопросы, связан ли как-то Чеботарёв с ЛГБТ-символикой, с которой в нынешней России ходить так рискованно, оперативники не могут дать внятного ответа.

Юрий Носов был задержан на Первомае вместе с Чеботарёвым. Их протоколы идентичны, как идентичен и приглашённый в суд свидетель – сотрудник полиции. Он не помнит, как задерживали Носова тоже, и тоже зачитывает протокол.

Другое дело, другие обстоятельства. Валентина Дехтяренко, активистка «Открытой России», попыталась передать в Генпрокуратуру петицию с требованием расследования сообщений о преследовании геев в Чечне. Задержана вместе ещё с четырьмя активистами. Обвиняется в организации незаконного мероприятия без подачи уведомления.

Дехтяренко объясняет на суде: она просто шла со своими друзьями в здание Генеральной прокуратуры передать коробку с подписями. Версия сотрудников – Дехтяренко В.Е. привлекала к себе внимание и была задержана за агитацию. По словам самой Дехтяренко, сотрудников полиции смутил цвет большой коробки, с которой они шли, и это стало причиной ареста активистки. Адвокат пытался убедить суд, что привлекать внимание прохожих яркой коробкой ещё не является правонарушением, казалось, что суд вот-вот примет сторону ответчицы, но в пятницу выносится решение – Дехтяренко виновна по части 5 статьи 20.2 КоАП. Штраф – 10 тысяч рублей.

В том же суде судят и гражданина Хуморова, задержанного на Красной площади за попытку сфотографироваться с плакатом с надписью «Поможем Донбассу!» Я коротко поговорил с ним до начала заседания по его делу, но чем закончилось разбирательство, мы вряд ли узнаем – мне уже было пора по своим делам, а пресса о таком не напишет – слишком много таких дел в последнее время.

Текст: Георгий Антропов, наблюдатель Amnesty International

#блог #Россия