AI

Причастна ли Shell к убийствам?


28/11/2017

Нефтегазовая корпорация Shell должна ответить за свою причастность к нарушениям прав человека, в том числе убийствам, изнасилованиям и пыткам, совершённым нигерийским военным правительством в 90-е годы прошлого века.

Жертвами этих преступлений стали представители народа огони, чьи земли пострадали от загрязнения в результате деятельности Shell. Когда огони организовали мирный протест, правительство Нигерии ответило на него с чудовищной жестокостью.

Несмотря на то, что целый ряд фактов свидетельствует о причастности Shell к действиям правительства, ни один человек из руководства компании не был привлечён к ответственности за причастность к этим преступлениям.

То, что Shell так и не была привлечена к ответственности, вызывает возмущение. Складывается впечатление, что если транснациональные компании достаточно богаты и могущественны, им может сойти с рук всё, что угодно.

Amnesty International впервые собрала вместе все доступные доказательства причастности Shell к этим нарушениям.

Начиная с 1990 года Shell знала, что её просьбы о вмешательстве силовых структур в события, происходившие в Дельте Нигера, скорее всего приведут к нарушениям прав человека.

В 1990 году Shell обратилась за помощью к подразделению военизированной полиции для подавления мирной акции протеста на одном из своих объектов в деревне Умуечем. Полиция атаковала деревню с применением огнестрельного оружия и гранат, в результате 80 человек погибли, было сожжено 595 домов.

Несмотря на это чудовищное преступление Shell вновь обратилась к правительству Нигерии за помощью в борьбе с протестами огони. Сложилась закономерность: за просьбами о вмешательстве всякий раз следовала кампания насилия и убийств.

Во внутренней справке Shell говорится, что 18 марта 1993 года сотрудники компании «обратились с просьбой» к губернатору штата Риверс обеспечить военную охрану подрядчикам на время работ по прокладке трубопровода.

Задействованная для охраны войска 30 апреля открыли огонь против протестующих против строительства, в результате чего были ранены 11 жителей деревни Биара.

Через несколько дней, 4 мая, Shell снова попросила губернатора о «помощи». В тот же день военные открыли огонь по протестующим в деревне Нонва и убили одного человека. Так прямой запрос от Shell вновь привел к нарушению прав человека.

В справке компании от 11 мая 1993 года говорится, что менеджеры Shell встретились с высокопоставленными членами правительства и высшим командным составом сил безопасности в Абудже для того, чтобы «обеспечить поддержку на высшем правительственном уровне». Глава сил безопасности заверил Shell, что проблемы с огони «скоро закончатся».

Спустя два месяца военные спровоцировали и провели целый ряд новых вооруженных нападений на огони.

Shell оказывала силовикам материально-техническую помощь нигерийским силовикам.

В заявлении, сделанном в 1995 году, тогдашний глава Shell в Нигерии Брайан Андерсон объяснил, что политика компании в те годы заключалась в оказании правительству Нигерии материально-технической помощи, в том числе предоставлении для операций своих моторных лодок, автобусов и вертолётов.

Иногда помощь со стороны Shell непосредственно содействовала нарушениям прав человека. Например, в октябре 1993 года компания предоставила военным транспорт, доставивший их до деревни Корокоро, где военные открыли огонь по протестующим.

Shell без тени сомнений неоднократно предлагала помощь силам безопасности, которые, как ей уже было известно, совершали нарушения прав человека.

Shell даже платила армейскому подразделению, виновному в жестоких нападениях.

В декабре 1993 года, вскоре после военного переворота, Shell написала письмо новому военному администратору штата Риверс, обратив его внимание на экономические последствия протестов и перечислив общины, в том числе в Огониленде, где эти протесты проходили.

Месяц спустя военный администратор создал новое тактическое подразделение специального назначения органов внутренней безопасности штата Риверс под командованием майора Пола Окунтимо.

Это специальное подразделение практически немедленно начало нарушать права человека. Солдаты под командованием майора Окунтимо 21 февраля 1994 года открыли огонь по многотысячной демонстрации, собравшейся у главного комплекса компании Shell.

После этого, 3 марта 1994 года, Shell выплатила майору Окунтимо и еще 25 его людям «гонорар». В служебной записке Shell объяснялось, что это денежное вознаграждение было «выражением благодарности и гарантией устойчивого благоприятного отношения [к Shell] в будущем».

Вскоре после это подразделение начало регулярно проводить жестокие рейды в Огониленде, убивая, насилуя и пытая жителей деревень.

Shell все знала об этих нарушениях

Майор Окунтимо хвастался своими рейдами по телевидению, и о них часто писали СМИ. В июле 1994 года посол Нидерландов довёл до сведения Shell, что военные убили около 800 огони.

Shell также получала аналогичную информацию непосредественно от правительства Нигерии. Руководители компании регулярно встречались с высокопоставленными чиновниками из правительства и обсуждали его стратегию по борьбе с протестами огони.

Shell расценивала протесты огони как «проблему».

Кульминацией кризиса стала казнь нигерийскими властями девятерых огони. Среди них был и Кен Саро-Вива, знаменитый писатель и лидер протестов, организованных Движением за выживание народа огони (MOSOP).

Факты указывают на то, что в разгар репрессий в Огониленде Shell подталкивала и поощряла военные власти к пресечению протестов, организованных MOSOP, и конкретно указывала на Кена Саро-Вива.

В одной из служебных записок говорится, что 30 апреля 1994 года на встрече с президентом Сани Абачей Брайан Андерсон затронул вопрос о «проблеме с огони и Кен Саро-Вива».

Андерсон сообщил, что он покинул встречу с ощущением, что Абача «примет меры, используя военных или полицию».

Так и произошло, в течение следующего месяца Кен Саро-Вива и другие лидеры MOSOP были арестованы, их необоснованно обвинили в соучастии в убийстве и отправили под стражу, не предъявив обвинения.

Под стражей они подверглись пыткам и жестокому обращению, а затем в ходе судебного фарса их признали виновными в убийстве нескольких вождей огони, публично поддержавших политику президента Абачи. Их казнили 10 ноября 1995 года. Подробные архивные данные свидетельствуют, что Shell знала о том, что суд будет несправедливым, а Кена Саро-Виву признают виновным. В тех данных, что нам доступны, нет никаких указаний на то, что Shell как-то старалась убедить военное правительство Нигерии не вести настолько жестокую политику в Огониленде.

Выводы:

Действия Shell могут быть признаны поощрением, а иногда и содействием чудовищным преступлениям и нарушениям прав человека, совершённым силовыми структурами Нигерии в Огониленде в середине 1990-х. Компания, зная, что за этим практически наверняка последует насилие в отношении местных общин, обращалась к силовикам с просьбами подавлять общинные протесты. Shell оказывала материально-техническую помощь армии и полиции, неоднократно обращала внимание правительства Нигерии на то, насколько страна зависит в финансовом отношении от нефти и даже платила силовикам.

Shell всегда категорически отвергала эти обвинения. Но факты позволяют восстановить картину того, насколько корпорация ставила свои интересы превыше всего остального. Главный вопрос звучит так: если бы Shell не действовала таким образом и не подталкивала нигерийский военных и правительство к акциям в отношении огони, погибли ли и подверглись ли насилию столько же человек?

Amnesty International призывает власти Нигерии, а такж Нидерландов и Великобритании, стран, где находятся головные офисы Shell, начать уголовное расследование для выяснения той роли, которую компания сыграла в нарушениях прав человека, совершённых нигерийскими силовыми структурами.

#новости #главное #Shell